Сказка написана в стиле сказок Тихого Дона "Василёк и три сестрицы Целительницы".

Сказка о Васильке и сестрицах Целительницах.

Давным-давно, это было, сколько воды утекло с той поры из Великого Дона, сколько запрудил он дорог и направил в заводи широкие, никто уже и не знает.

Было это у самого берега Тихого Дона, жил мальчишка там по имени Василёк. Только мальчишка тот был не простым, сила природная — чистая в нём жила. Мог он и от недуга вылечить, так как знал травы все, что на берегах Тихого Дона росли, да какая трава от какой болезни поможет. О том, что дар у него он не думал, только дела добрые делал всегда.

А от куда знания такие – целебные? Так ведал он, что звери дикие сами ему всё показывают, какая трава от ушиба, какая от боли зубной, а какой состав и от сглаза черного поможет.

Сердце доброе у Василька было, люди любили его и верили ему. Так как сами не раз наблюдали, как на рассвете, когда в лесу еще далеко слышен каждый звук, Василёк пробирается от края до края через лес. Много птиц и зверей видит он в пробудившемся лесу.

Любил Василёк смотреть, как возвращаются журавли из далеких тёплых стран, над рекою Великой и синим лесом летят на свою родину. Как зайчихи – матери и своих и чужих детей кормят. Как всю долгую зиму белки в высоком лесу от ветра и стужи прячутся в тёплых гнёздах, забираясь в глубокие дупла деревьев. Как забегают по кочкам хлопотливые муравьи, как вылетает из зимнего убежища и гудит первый шмель. Много слышит он и видит в лесу. Слышит, как птички голосами наполняют лес, как шуршат под корнями, тихо попискивая, мыши. Как пробирается по сухому валежнику, выбравшись из зимнего голода ёж.

Один-одинёшенек долго стоит под березой в лесу Василёк, слушает, смотрит.

И каждый раз после долгих разговоров с животными путь его лежит к Батюшке Тихому Дону. И каждый раз разговор свой с природой он заканчивал именно там.

У Тихого Дона Василек набирался мудрости, опыта жизненного. А так же узнавал от реки Великой много нового и интересного, что в других сёлах, деревнях и лесах происходит. Многое воды Тихого Дона видывали, многое слышали. Так как берега его широкие, воды долгие, слышат многое, видят разное. Вот и ведает Васильку потом, Батюшка Тихий Дон, как народ на Руси живёт: что нового узнает, чем питается, чего остерегается, чему радуется, от чего кручинится.

Так и в одно раннее утро, пришел Василёк к Батюшке Тихому Дону и спрашивает:

– Батюшка, поведай, расскажи, что на брегах твоих происходит, чем народ занимается, чему радуется, чего остерегается?

Тихий Дон медленной волной поднял свои воды, взглянул на мальчишку и поведал ему:

— На брегах моих живёт народ разный: старый и молодой, чистый в делах и мыслях. А есть люди не добрые в помыслах своих, из-за этого жить им сложнее, потому что сердце у них тяжелое. Но вот беда пришла на брега мои и шагает всё дальше и дальше.

— Что за беда такая? – спрашивает Василёк.

Отвечал ему Батюшка тихий Дон, всё с большей тяжестью:

– Колдун злой объявился на земле нашей русской. Там где ступает черная сила, тьма наступает непроглядная, птицы не щебечут, деревья не растут, в полях хлеб не поднимается, страдает народ русский от беды черной — языческой.

— Но, что же делать, как помочь земле нашей русской, как избавить брега твои от силы не чистой, что бы птицы опять щебетали, поля колосились, звери в лесу резвились, и народ в деревнях русских зажил жизнью обычной?

— Слышали воды брежные, — отвечает Тихий Дон, – говорили старухи, чтоб от силы черной колдуна избавиться надо человеку доброму, сердцем чистому в дорогу дальнюю идти. Туда где живут сестрицы Целительницы.

И поведал, Батюшка Тихий Дон, что не нашлось еще человека отважного, встать на пути силы черной. Добыть у Травяной Целительницы трав заговоренных в зелье сваренных. Мешочек камней с горных рек у Речной Целительницы. И воды соленой у Морской Целительницы.

Только сила этих трех природных веществ и смелость человека доброго поможет избавиться нам от колдуна.

— Ну что ж – задумавшись, произнёс Василёк, – делать не чего, буду собираться в дорогу дальнюю, буду вынослив в дороге для меня неизведанной, а за тем проверю сердце на чистоту помыслов своих.

— Только помни, – говорит ему Тихий Дон, – что сестрицы Целительницы, помогают только доброму, сердцем чистому человеку. Не растеряй своей доброты человеческой.

Отправился Василёк в дорогу дальнюю. Не просто ему было в стороне чужой. Люди встречались ему разные: добрые и злые, жадные и щедрые.

Добрые люди на ночлег пускали Василька безвозмездно, щедрые кусок хлеба протягивали бесплатно.

А вот злые люди могли ногой пнуть, плохим словом высмеять. Из-за того, что идёт Василёк за спасением для края своего, атакованного злой силой. Так как не верили люди, в то, что возможно спастись. Смерились они жить в темноте черной, вражеской, не угодной.

Шел Василёк всё дальше и дальше, там, где кончились берега Тихого Дона, там, где степи бескрайние просторы, покрытые растениями, широкий разгул там, свобода. Тут земли были еще свободные от силы неведанной.

Могучая, широкая и непостижимо красивая степь в то же время дышала и шептала. Чувствовал Василёк часть природы живую. Внимательно присмотрелся и прислушался – перед ним раскрылась жизнь, таинственная и необычная, замечательная и яркая.

— Только надо захотеть увидеть этот мир, что бы заметить эту красоту, – вдруг услышал он завораживающий женский голос. – Значит сердце твоё юнец доброе. Если видишь ты, как вокруг расстилается ровный ковёр зелени, как верблюжья колючка окрашивается зеленью, и какие молодые шипы её нежные и мягкие. Как дуновение ветра отдаётся тихой песней в ушах. А когда идёт дождь, он будто весь из серебра, тогда далеко – далеко разносятся звуки, подобно весёлому смеху. Есть у степи особое замечательное свойство. Это свойство живёт в ней постоянно – и в тёмные ненастные ночи и в летние светлые дни, и зимой и летом, и на рассвете и на закате – всегда и неизменно степь говорит человеку о свободе.

И когда голос замолк, Василёк понял, что видит он уже не только степь, а стоит перед ним Целительница травяная.

Осмелился Василёк и рассказал Целительнице, как напал на его край колдун злой, и что темнота не проглядная в краю его наступила, что за помощью он к ней пришел, что бы народ свободу обрёл.

Выслушала Целительница и поняла, что за беда пришла в край, где Василек живет. Подала Целительница Травяная ему отвар со степных трав.

— Отвар мой из трав степных поможет темноту непроглядную озарить, как только брызнешь, рассеется вся она, только гнев колдуна станет яростней. Против гнева отвар бессилен будет. Что бы одолеть колдуна, надо идти тебе к сестрице моей, Речной Целительнице, за камнями горных рек, они помогут тебе злого колдуна одолеть.

Отправился Василёк в путь. Всё дальше и дальше!

И вдруг кажется ему, что как бы природа другая стала, и воздух иной и даже солнце воспринимается иначе. Разбросанные по сторонам камни, топорщившиеся в траве кусты и кустики, точно выросшие внезапно слились в великолепную гармоничную картину, которой нельзя было не залюбоваться. Перед ним открылся прекрасный вид: высокие горы и снежные вершины, склоны, заросшие низким кустарником и цветами. Кругом летали веселые стрекозы. Чистые и прозрачные горные реки весело стремились по склонам вниз.

И тут у подножия горы, куда торопливо бежит речка каменистая, встал перед ним образ девичий, сложенный из капель воды речной. Василёк, сразу догадался, что перед ним вторая сестрица Речная Целительница. Только хотел юнец рассказать о беде своей и зачем последовал к ней. Как остановила его и сказала Целительница Васильку, что всё знает она, почему и зачем к ней пожаловал.

Подняла она руку из воды состоящую, камни мелки, речные, заговоренные сыпаться стали к ногам Василька устоял он от потока безбрежного.

— Вот видишь, стоишь ты Василёк, не клонишься под потоком камней заговоренных, потому что сердце чистое у тебя, — говорила Речная Целительница. – А колдун язычник не удержится, если в ноги кинуть камешки мои горные, в студеной воде каленые, заговором моим заговоренные. Потому что зла в нём много, а так же слёз людских. Упадет на землю русскую, но не сгинет еще колдун. А для полной победы над злом, надо дальше идти тебе к сестрице моей Морской Целительницы.

Выслушав и поблагодарив. Собрал в мешочек камушки речные, отправился Василёк в путь. Всё дальше и дальше!

Добрался Василёк к берегам морским.

Море… Каждую минуту оно разное. Таинственное, непостоянное, необъятное — оно волнует душу, не оставляет равнодушным сердце. То тихое оно и спокойное, то будто большое зеркало, холодное и прозрачное. Солнечные лучи, пронизывая соленую воду, достигают дна, кротко затрагивают золотистый песок и яркие сияющие ракушки, гладенькие камешки и зеленоватые водоросли, ловят маленьких ловких рыбок, которые стайками весело забавляются возле берега.

В миг на глазах все меняется…

Налетел ветер порывистый и погнал волны к берегу. Вода стала мутно-зеленой, а потом — темно-синей. Не видно больше ни рыб, ни ракушек, ни песка: есть только неистовые волны, которые с силой бьются о прибрежный песок.

– Нет времени, — волны синие и могучие молвить стали Васильку, — захватил портельщик все брега Дона Великого, ждут тебя воды темные, стонут леса в черноте непроглядной, плачет народ русский от беды пришедшей. Набирай скорей воды соленной, заговоренной. И как только упадёт колдун от зелья травяного и камней речных, так кропи его водой морской и сгорит колдун, канет в бездну вечную.

Испугался Василёк, за край свой Родимый, за реку Великую – Батюшку Тихого Дона.… Поблагодарил Морскую целительницу низким поклоном. И отправился Василёк назад – домой, ускоряя свой шаг всё быстрее и быстрее.

Не прошло много времени, как Василёк приблизился к дому. Но не сразу он узнал край свой родимый, стало всё тёмное, непроглядное. Птицы не пели в лесах, трава не зеленела в полях, цветы не цвели на лугах, всё покрылось мглой чёрной и не радовало больше глаз человеческий.

Подошел Василёк к берегам Тихого Дона, стонали воды чёрные под покрывалом не чистой силы.

Понял Василёк, что медлить больше нельзя. Пригнулся к Батюшке Тихому Дону и прошептал ему.

– Потерпи родимый, не долго силе чёрной осталось ходить по земле нашей русской!

Открыл зелье из трав степных и плеснул в черноту заколдованную. Тут же расступилась тьма, озарилось всё, как и говорила Целительница Травяная. В тот же миг услыхал Василёк, рёв не человеческий, понял он, что вот она сила черная приближается.

Быстрее птицы горной надвигался Колдун к Васильку, земля дрожала, небо раскололось на части, деревья с корнями летели, но Василёк не дрогнул, спиной он стал к реке Великой, а лицом к колдуну яростному. Приготовил он мешочек с камнями горных рек и как только приблизился враг, так и посыпал Василёк на него камни, заговоренные от Целительницы речной.

Тут взглянул Василёк в глаза вражеские, а они у него совсем не человеческие, звериные, хищные. Страшно стало мальчишке, пошатнулся он от страха, но тут Батюшка Тихий Дон придержал юнца водами своими сильными. Почувствовал тогда Василёк поддержку родительскую и с большей силой камнями горными обкидывать стал колдуна, так что вскоре тот пошевелится не смог, лежал на земле русской.

А чернота опять подступать стала к берегам Тихого Дона. Вспомнил Василёк наставления третьей, Морской Целительницы, подхватил воду морскую и обдал колдуна черного нею. В миг от силы черной не осталось и следа, только шкура звериная под камнями валяется.

Тут же тьма отступила, тут же птицы вернулись и в песнях своих Василька прославлять стали, набежали звери лесные, подхватили спасителя и по всей земле Донской пронесли его, что бы видели: люди и звери, травы и деревья спасителя своего смелого, сердцем чистого.

И Батюшка Тихий Дон с тех пор поддерживает юнцов своих, в делах их мужественных и даёт советы мудрые, как только приходят они к нему на брега его свободные, духом вольные.

3

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий